Это было в пору реакции, в 1911 году, когда группа общественных деятелей решила чествовать обедом профессора Салазкина, уволенного за либерализм с должности Директора Высших Женских Курсов в Петрограде.
Долго устроителям чествования приходилось добиваться разрешения на устройство обеда, так как власти справедливо предполагали в этом чествовании политическую демонстрацию.
Но, наконец, власти уступили, и обед состоялся.
На этом обеде в Европейской гостинице мы встретились впервые. Давно это было. Но я, как сейчас, помню его простую и искреннюю речь, в которой проявилась вся страстность и искренность его натуры. И он мне тогда же показался несколько неуравновешенным, нервным, пожалуй, импульсивным, но глубоко преданным делу свободы человеком.
Теперь мы встретились вторично.
Керенский приехал к нам в ореоле славы.
Он вывел правительство из затруднительного положения и помог сконструироваться коалиционному министерству.
Он сменил пост носителя права -- Министра Юстиции -- на пост носителей силы: Военного и Морского.
И этим он взвалил на себя тяжкое бремя...
Два вагона его поезда были заполнены преображенцами и матросами, сопровождавшими его в путешествии.