- Мужайтесь, Семен Семенович! Теперь уж вам крышка, - смеялся Макшеев.
- Ну вас! - огрызнулся зоолог. - Если бы опасность была так велика, вы бы сами задали лататы, как перед грязевым потоком.
- От лавы мы уйдем не торопясь! - заметил Каштанов.
Но уходить было некуда. В обоих руслах все еще бушевали грязные потоки. А наверху красный язык быстро удлинялся, по временам исчезая под клубами белого пара, выделявшегося с его поверхности.
- Ворчун вымочил нас, а теперь высушит! Когда лава подойдет близко, мы сначала высушим на себе платье, а потом…
- А потом вымокнем опять при переправе через поток, если не утонем в нем, - докончил Папочкин шутку Громеко.
Но благодаря очистившемуся от пепла и туч воздуху проглянул Плутон и быстро начал обсушивать склоны вулкана. Черные глыбы лавы дымились, словно подогретые подземным огнем.
Путешественники сняли свое платье и развесили его на камнях, предварительно выжав воду. Громеко разделся даже донага и, согреваясь лучами Плутона, советовал остальным товарищам последовать его примеру.
- А если Ворчун угостит нас новой порцией снарядов? Сидеть в норах голыми будет не особенно удобно! - заметил Макшеев.
- Раз показалась лава, взрывы и извержение рыхлого материала обыкновенно прекращаются, - пояснил Каштанов.