- И даже Петр Иванович, которому до сих пор везло всего больше по части коллекций, не поживился ничем, - прибавил Громеко.
- Один только Иван Андреевич коллекционирует! - смеясь, заметил Макшеев.
- Я? Что же я собрал за это время? - удивился Боровой.
- Коллекцию непонятных физических явлений, - ответил за Макшеева Каштанов, догадавшийся, на что тот намекает.
- Это очень странная коллекция, но зато легковесная, не то что ваши камни! - смеялся Боровой. - Она наши нарты не задавит!
- Но может оказаться и очень тяжеловесной, в смысле итогов экспедиции. Ведь каждому исследователю хочется найти что-нибудь особенное, ранее неизвестное! Вам повезло до сих пор больше, чем нам.
На следующий день спуск продолжался и стал даже еще заметнее. Ледяная равнина начала распадаться на плоские увалы. Во впадинах между ними текли ручьи, снег размок, и идти на лыжах стало тяжело: лыжи скользили, раскатывались в стороны. Поэтому способ передвижения изменили: люди уселись на нарты, по двое на каждую; собаки тащили их быстро вниз по уклону; лыжными палками направляли нарты и сдерживали их раскаты на неровностях льда.
Обратили внимание на то, что тучи, клубившиеся по- прежнему низко, имеют не серый, а красноватый цвет, словно их озаряет заходящее, но невидимое солнце.
Ледяная пустыня уходила во все стороны до недалекого горизонта и также казалась красноватой. Это странное освещение на дне глубокой впадины, куда не могло заглянуть низкое полярное солнце, также принадлежало к коллекции необъяснимых явлений, которую собирал Боровой.