— Но без конвоя страшновато. Можем встретиться с вампу, — заявил Костяков.
— Они убегут от первого выстрела, а от засады и ночью нас уберегут собаки. Если идти налегке, можно обернуться в два дня и ночевать у последней воды. Очень далеко забираться в долину Тысячи Дымов и не придется — сразу будет видно, продолжается ли выделение паров и кипящей воды.
— Правильно! — решил Горюнов. — Завтра же в путь да пораньше. Горохова опять оставим здесь и женщин, конечно, также.
— Нет, Аннуир я хотел бы взять с собой.
— Зачем это? Она стеснит нашу свободу.
— Нисколько, ходок она прекрасный. И, кроме того, если мы пойдем одни, это возбудит подозрение онкилонов, через стойбища которых придется идти. Аннуир будет играть роль конвоя.
— Баба в качестве конвоя при трех мужчинах! — рассмеялся Костяков.
— Ну, проводника, соглядатая онкилонов — как хотите. На тех стойбищах еще не знают, что у нас отношения с Амнундаком испортились. Кроме того, она хорошо знает дорогу к последнему стойбищу, откуда она родом, и действительно будет проводником, сбережет нам время.
— Вы опять правы! Значит, решено: завтра чуть свет в путь! И велите Аннуир потихоньку приготовить нам провизии на дорогу.
— А Горохову ни слова! Приготовим сейчас наши котомки и ружья, пока никого нет.