— Родина… — бережно произнес Николай и помолчал. — А еще, знаешь, что? Это наша часть такая, танковая. Когда бои, мы впереди, на виду. Но зато в передышку сидим по лесам, вот как сейчас, спрятаны, замаскированы, в стороне от населенных пунктов. Ничего не поделаешь — служба. Танк не кобыла, в конюшню не поставишь…
Юрий ничего не ответил. Пощелкав ногтем по гильзе, он осмотрел, будто впервые, всю землянку.
— Тебе надо аккумулятор достать, электричество провести. В танковых войсках — и с коптилкой сидишь.
— Да-а.
Помолчали. Николай снова спросил, тряхнув головой и оживляясь:
— Ну, так что же — Соня? Расскажи. Как любовь-то ваша?
Юрий помедлил, внимательно посмотрел товарищу в глаза, облокотился на стол, сжав голову ладонями.
— Не знаю. Может, я все это выдумал. Не знаю. Что теперь делать?
— Ты ее любишь?
— Люблю, пожалуй, — не скоро отозвался Юрий.