Не разговаривая, они медлили. Потом Николай увидел комбрига и начальника штаба, которые вышли ему навстречу. Он наскоро попрощался:
— Ну, будьте здоровы… Соня! Спасибо! В долгу мы перед вами, о-очень.
Был легкий морозец. У Сони горело лицо. Она остановилась и проводила Погудина взглядом. Тот подошел к командирам, вытянулся в струнку, даже каблуками щелкнул и громко отчеканил:
— Товарищ гвардии полковник! Разрешите доложить — ваше задание выполнено!
Почти до рассвета Николай рассказывал командирам о коротком бое в за́мке, о системе обороны противника за линией фронта. По офицерской книжке убитого обер-лейтенанта установили, какая часть прибыла с Запада. Германское командование снимало свои дивизии с фронта, где наступали англичане и американцы, и перебрасывало их на восток.
Николай рассказал, как, они отлеживаясь при появлении опасности в валежнике, в стогах соломы, никак не могли приблизиться к переднему краю. Но в ближайшем тылу, у врага разузнали многое. За эти трое суток до того, как выпал снег, измучились, плутая вокруг да около, но не теряли надежды на спасение.
— Если б не наш Петя, — тихо закончил Николай, — мы бы не вышли оттуда. Немцы, наверное, подумали, что на чердаке был всего один русский. Нас и не искали.
Николай, замолчав, подал комсомольский билет. Командир бригады прочитал вслух: «Банных Петр Васильевич, год рождения 1926».
— Да-а, — произнес задумчиво он. — Начальник штаба! Представить всех к награде!
— Мы просим вас, товарищ полковник, вынести благодарность и гвардии сержанту Потаповой. Не она — ребята не выдержали бы.