— Я сперва подумал, что мы струсили. В бою вообще слова «отходим» и «назад» нельзя произносить, — сказал один из офицеров.
— А как же? Конечно. Юрку надо срочно найти. Нужно объяснить, что получилось недоразумение, — сказал Николай, а сам подумал: «Струсил, подлец, теперь выкручивайся тут за него».
— Я уже сказал своему радисту, сейчас ему все передадут, — ответил Семенов.
Погудин позвал старшину, но его нигде не было. Николай перебирал события ночи по порядку, но никак не мог сообразить, когда и куда мог исчезнуть Черемных. Расспрашивал бойцов. Старшину потеряли из виду, когда автоматчиков сбросило со вспыхнувшего танка. Николай хотел послать туда ординарца, но там снова раздался визг немецких моторов. Все насторожились.
Было видно, как в слабом свете горящего танка с площади в улицу поползли, выстраиваясь в колонну, «пантеры» и «тигры». Они постепенно прибавляли скорость. Можно было подумать, что они отправились в погоню за «тридцатьчетверками».
— Я — «Ураган», я — «Ураган»! Слушай мою команду, — передавал Семенов по радио всем танкам в засадах. — Не стрелять! Без команды не стрелять. Дать немцам втянуться в улицу.
Громче и громче верезжанье вражеских моторов. Первый танк немецкой колонны включил свет, и луч фары скользнул по камням мостовой, ободранным на каждом перекрестке гусеницами русских машин. Но немцы не заметили этого, уверенные, что гвардейцы ушли из города.
Когда передняя «пантера» прошла квартал, где в засаде стояла, высунув кончик ствола, последняя из восьми «тридцатьчетверок», грянул залп. Моторы противника захлебнулись огнем бронебойных, и пожары заколыхались по мостовой, отражаясь в окнах зданий. Еще залп — и огромных факелов на улице стало больше. Уцелевшие «тигры» и «пантеры» сшибаясь, шарахнулись назад. Их хорошо было видно на освещенной улице, и гвардейцы продолжали спокойную стрельбу в упор. Рассыпались трели автоматов, не давая никому выскочить из зажженных танков. Ушли только те машины противника, что не успели втащиться с площади в улицу. Они пустились наутек.
— Прекратить огонь! — скомандовал Семенов.
В бою на площади нервы Юрия не выдержали, и он решил, что бессмысленно перестреливаться с превосходящим количеством танков противника, не используя маневренности своих машин. Он подал по радио команду: «Отходим назад!» И в горячке не сказал куда. Пропустив свои танки с площади в улицу, он стал догонять их.