Кирила Петрович (рыдая). Да! уж теперь ему ничего не нужно…
Василий Кузьмич. Как не нужно?.. Помилуйте, ваше сиятельство! за что же такая обида? Да! я и забыл… уж не нужно и повышения… Ах, обидно! Ну уж, видно, я и впрямь умер… Да отчего бы так, впрочем? что нужды, что я умер! ведь я в отставку не подавал: пусть бы чины себе шли да шли… кому ж от того помеха? а и мертвому приятно… Ах, не догадался я прежде! Что бы составить об этом проектец… Досадно, больно…
Кирила Петрович. Да, теперь ему более ничего не нужно! Но у него осталось семейство… если б ваше сиятельство…
Князь. Как же! с большою охотою. Заготовьте мне записку… Но только я вам должен сказать, — ваше искреннее участие в Василье Кузьмиче делает вам много чести.
Кирила Петрович. Как же иначе, ваше сиятельство. Он был мне истинный, неизменный друг…
Князь (улыбаясь). Ну, не совсем…
Кирила Петрович (отирая слезы). Как не совсем? Что вы хотите сказать этим, ваше сиятельство?..
Князь. Да, теперь дело прошлое, а я скажу вам; если вы не получили того места — знаете?.. то не кто другой тому причиною, как Василий Кузьмич… Мне больно это вам открыть, а это так…
Василий Кузьмич. Ай! ай!
Кирила Петрович. Вы меня сразили, ваше сиятельство!.. Да что ж он мог про меня сказать?..