Товарищ Фильки. Ну, да где ж ты научился по музыке ходить[66],что, ты из жульков[67], что ли?
Филька. Нет! куда! Совсем бы мне не тем быть, чем я теперь. Отец у меня был человек строгий и честный, поблажки не давал и доброму учил; никогда бы мне музыка на ум не пришла… Да попался я в услужение к Василию Кузьмичу, вот для которого скоро большая уборка[68] будет…
Товарищ Фильки. Да что, неужли он мазурил?..[69]
Филька. Клевый маз[70] был покойник… только, знаешь, большой руки. Знаешь, к нему хаживали просители с стуканцами…[71]
Товарищ Фильки. Постой-ка — никак, стрёма[72].
Филька. Нет! — Хер[73] какой-то… Да куда наша фига[74] запропастилась?..
Товарищ Фильки. Да нельзя же вдруг…
Филька. O! проклятое дело! продрог как собака…
Товарищ Фильки. Ничего — как рассветет, в шатун[75] зайдем… ну, так ходили просители…
Филька. Ну да! ходили… а Василий-то Кузьмич думал, что я простофиля… Вот, говорит, приятель пришел; что он тебе отдаст, то ко мне принеси, а тебе за то синенькая; вот я делом-то смекнул; вижу, что Василию-то Кузьмичу не хочется, зазора ради, из рук прямо деньги брать, а чтоб того, знаешь, какова пора ни мера, на меня все свалить. Я себе на уме — за что ж мне даром служить? вот я и с Василия Кузьмича магарычи, да и с просителя подачку…