— Мне здесь нравится, — ответил Крымов, вспомнив свой разговор с Цесарским.
— У нас есть замечательные ребята, — продолжал Петряк. — Вы встретите таких людей, которые вам пригодятся для будущей работы над образами.
— Для чего пригодятся? — удивился Крымов.
— Да увидите сами! Мы хотим вас привлечь к общественной работе в самом широком смысле этого слова.
— Насколько у меня хватит умения, общественной работой займусь обязательно. Дайте только немного освоиться.
— Среди нашей молодежи вы будете пользоваться большим авторитетом. Такие люди, как вы, всюду желанные гости… Ну как, приготовились к выступлению? Катушкин мне говорил, что все в порядке!..
Крымов не знал, что они разговаривают на разных языках. Он не видел афиши, объявлявшей о литературном вечере, на котором должен был читать стихи, и не подозревал о надвигающемся скандале. Олег Николаевич мало следил за поэзией и не слышал о поэте-однофамильце, носящем к тому же его имя. Поэтому Крымов решил, что речь идет о его предстоящем свидании с директором.
— Да это, собственно говоря, будет разговор в общих чертах, — задумчиво проговорил он.
— Все равно очень интересно! У нас тут мало кто разбирается в этом деле, решительно заявил Петряк.
— Что вы! А инженер Цесарский? Я с ним только что говорил. Наконец инженер Трубнин…