Резко распахнув дверь, математик вошел в лабораторию. Лицо его было сурово.
— Безобразие, товарищи! Это же чорт знает что такое! Вы меня опозорили! — проговорил он грозно.
— Что с вами? — забеспокоился Баянов. — Кто вас опозорил?
— Вы опозорили! Вы! — продолжал Ольшанский. — Понимаете, что произошло? Вы пользовались расчетами, которые не принадлежат мне. Так почему же, чорт возьми, вы заявили, что их сделал я? Что это за шутка?!
Тут только Баянов вспомнил, что несколько часов тому назад послал Ольшанскому расчеты с просьбой изменить некоторые формулы.
— Этими расчетами вы пользовались? Этими? — продолжал волноваться Ольшанский, вынимая из папки хорошо знакомые листы.
— Да, этими, — с удивлением ответил Баянов.
— Так это же не моя работа!.. Понимаете: не моя!
— Так чья же, в таком случае? — забеспокоился Петров.
— Вы хотите знать, чья? Пожалуйста… У меня этот вопрос не вызывает никаких сомнений. Вот, посмотрите… посмотрите на это решение… Разве вы не видите, что тут характерный прием? И вот тут, посмотрите… — Ольшанский принялся лихорадочно перелистывать страницы. — Здесь вот то же самое… Чей этот прием? Ну, вам, конечно трудно определить, а мне известно с абсолютной достоверностью: этот расчет произвел инженер Витовский… и никто больше, кроме него, так не работает… Ясно теперь?