Профессор перевел взгляд от иллюминатора к месту, где сидел Костя. То, что он заметил, обеспокоило его еще больше. Кости на месте не было. Он успел шмыгнуть в маленькое отделение кабины и там, наклонившись, над чем-то возился.
В сущности говоря, в этом не было ничего такого, что могло бы обеспокоить профессора. Но все дело было в том, как это Костя делал. Он ежесекундно осторожно выглядывал из дверей отделения, и его лицо было взволнованно, словно он производил что-то недозволенное.
«Волнуется и трусит», мелькнуло в голове у профессора, вспомнившего напутствие Горшкова.
— Костя! Где ты? — прокричал Дорохов, не оборачиваясь к механику.
Костя быстро и воровато возвратился на свое место.
— Я проверял автогенную установку, — проговорил он, усаживаясь за пульт.
Вездеход, карабкаясь по камням, перебрался через перевал и начал спускаться.
В овальные стекла иллюминаторов стала видна протекавшая внизу река, окаймленная редкой и чахлой растительностью.
Профессор поднялся и, облокотившись на выступ иллюминатора, принялся наблюдать.
— Вот она! — проговорил он немного торжественно. — Таинственная река Янгиер! Теперь мы разберемся, куда ты несешь свои воды!