Путешествие было длительным. Временами приходилось карабкаться по грудам камней, громоздившихся в проходе, а иногда спускаться в провалы и подыматься вновь по скользким стенам.
Вскоре Полозов и Дорохов очутились на широкой и почти ровной площадке. Взглянув вверх, Полозов вскрикнул от удивления.
Причудливо и с необычайным капризом проделывает вода под землей свои ходы. И виновата в этом не столько вода, сколько породы, залегающие под землей. Мягкие, растворимые пласты перемежаются с твердыми, каменными, и идут они то строго горизонтально, то наклонно, а иногда и совершенно отвесно. Вот почему широкие подземные галлереи часто переходят в почти отвесные колодцы, эти колодцы пересекают другие галлереи, и все вместе представляет собой сложный и запутанный лабиринт из широких, узких, вертикальных и горизонтальных проходов.
Наши путники, пройдя по одной из боковых галлерей, оказались на дне широкого каменного колодца.
Но не это обстоятельство вызвало восклицание профессора.
Дело было в том, что высоко над головой виднелось голубоватое свечение, замеченное уже раньше.
— Кажется, это тот самый колодец, в который мы смотрели сверху, — проговорил Полозов.
Между тем собака требовала итти дальше. Она звала в маленькую расщелину в стене колодца.
Сделав всего несколько шагов, люди увидели то, что искали.
На гладком, хорошо отполированном водой каменном полу лежал Костя в комбинезоне, изорванном в клочья.