— Обидно все-таки! — произнес Костя, наблюдая в стеклянный иллюминатор, как увеличивается уровень воды.
— Что вода помешала исследованию залежей руды? — спросил Полозов.
— Это само собой! — продолжал Костя. — А кроме того, обидно, что вода прорвала нашу плотину. Скажите, Валентин Петрович, — проговорил он, повернувшись к профессору, — возможна такая вещь? Что, если бы плотина не прорвалась, то вода в реке Янгиер продолжала бы все подыматься да подыматься, пока наконец не вернулась бы в свое прежнее русло?
— Это было бы возможно, если бы… — в раздумье проговорил Полозов.
— Что «если бы»?
— Если бы эта плотина действительно могла стоять длительное время. Завал камней, как вы видите сами, очень быстро размывается… Хотя, позвольте… позвольте…
Профессор подошел к столику и принялся рассматривать нарисованную им схему подземных лабиринтов.
— Хм… хм… — проговорил он. — Подойдите-ка, Костя, сюда. Может быть, я ошибаюсь.
К столику подошли Костя и Дорохов.
— Видите, какая вещь, друзья… Я знал, что заграждение для воды, устроенное Костей, заграждение временное. Правда, я не предполагал, что вода прорвется так быстро. Но что, если нам как следует завалить вот этот колодец, откуда поднимался пар? Вот посмотрите… тут вода не пройдет. Тут тоже. Колодец очень глубок. И если бы нам удалось его целиком завалить мелкими камнями, то под землю стало бы уходить… ну, процентов десять воды! Я думаю, что воде не удалось бы размыть этот завал.