— Вам ли корить меня, товарищи! — воскликнул он. — Ведь у меня опыт какой! Сколько благодарностей получил в своей жизни! Как было с разработкой прошлой машины? Пишу докладную записку министру. Получаю ответ: «Приезжайте, Владимир Александрович, ко мне на прием. Обсудим». Так и теперь. Когда я представил теоретические обоснования, то в министерстве их признали блестящими. Мало того, я вам скажу… — Витовский придвинулся ближе к больному и понизил голос: — Вы понимаете, какое дело, — продолжал он, немного задыхаясь от волнения. — Заграница признала! Да, да! Представьте себе, раскрываю я вчера «Меканикс» и что же вижу? Перепечатали мою статью, опубликованную мною еще в прошлом году в журнале «Дорожные машины». Мало того, что перепечатали, так еще приписка есть: «Известный (заметьте: «известный») советский инженер Витовский надеется найти способ получения хороших шоссейных дорог путем электролитической обработки почвы специальной, конструируемой им машиной, движущейся со скоростью обычного трактора». А! Каково?
— Вот как! — заметил петров. — Значит, интересуются.
— Еще как интересуются! — теперь уже более спокойно продолжал Витовский. — Идея ведь необычайно оригинальная. У них, видно, ничего подобного не существует.
— Вы меня простите, Владимир Александрович, но мне кажется, что вы немного поторопились с публикацией в печати, — вставил Баянов.
Витовскому стало как-то не по себе. Но ничего не выдало его внутреннего волнения и обиды.
— Товарищи Баянов, вы просто прелесть! — отвечал Витовский, быстро потирая руки. — Уж не думаете ли вы, что у меня с машиной ничего не выйдет? Все проверено-перепроверено! Что же касается публикации, так вы меня уж извините… авторское свидетельство у меня есть. Приоритет, значит, наш, советский. Можно только радоваться, что заграничный журнал перепечатывает. Это значит — признание нашего, советского приоритета! Ну, а потом, как вы сами понимаете, по авторскому свидетельству или по научной публикации не посмотришь машину. Вот и у меня, вернее в моей разработке, имеются кое-какие тонкости. А об них я — ни слова. Вот оно какое дело…
Ослышался тихий стон. Как видно, Баянов неудачно повернулся и причинил себе боль.
— Владимир Александрович, — проговорил он через некоторое время, — спасибо, что вы пришли навестить меня. Я очень признателен… Вы меня извините, меня клонит ко сну.
— Да, да, конечно, — заволновался Витовский, переходя на шопот, — вам нужен покой. Выздоравливайте скорее!
Он на цыпочках вышел из комнаты.