По приглушенному разговору, происходившему между инженером и механиком, Полозов понял, что случилось что-то неладное. Оба сосредоточенно продолжали возиться у радиоприбора, открывая крышки и заглядывая внутрь. Дорохов вслушивался в наушники. Наконец он поднялся с сиденья и, не снимая с головы телефонных трубок, тихо произнес, обращаясь к Полозову:
— Странно… Полностью потеряна радиосвязь с поверхностью.
— Неужели радиоволны не проходят через толщу земли, отделяющую нас от поверхности? Ведь мы находимся сравнительно неглубоко, — нерешительно добавил Костя.
— Они должны прекрасно проходить, — словно оправдываясь перед профессором, произнес Дорохов. — У нас в машине специально для этого установлен длинноволновый передатчик.
— Это нехорошо… — протянул Полозов.
— Что, длинноволновый?
— Да нет — то, что нет связи… Тут не до шуток, Андрей Леонидович.
Но ни Дорохов, ни Костя не собирались шутить. Работать без связи с поверхностью было очень опасно.
* * *
Много исходила машина, грохоча своими стальными гусеницами, в бесконечных подземных тоннелях и гротах. Она то поднималась вверх, то опускалась на значительную глубину. Тщательно зарисовывал профессор ходы и соединения между тоннелями, стараясь найти направление, куда в конечном итоге уходит вода.