— А рассказывали вы кому-нибудь о происшествии?
— Нет. С Долгих Грун я прибежал прямо сюда, только заскочил к зятю занять сапоги, но там взрослых не было дома, а детям я не сказал ни слова.
Вахмистр решил несколько дней понаблюдать за Шугаем, может быть удастся накрыть всю шайку.
— Ладно, — сказал он, — никому об этом ни слова. А ты, — гаркнул он на Дейви Менцеля, — если будешь болтать, посажу тебя под замок.
Дейви не понимал, почему так кричит вахмистр.
В ближайшие два дня вахмистр не заметил ничего подозрительного. А на третий день Шугая опять арестовали.
Взяли его наверху, на лужках, где он вместе с Эржикой ночевал на сенокосе. Никола и Эржика спали на сене под крышей оборога. Голова Эржики лежала на плече Николы, а он уткнулся лицом в ее волосы. Жандармы разбудили их. Солнце уже всходило над горами. К полудню Николу, связанного и злого, втащили в караулку. Недолгое ожидание. Затем явился вахмистр.
— Кто был с тобой на Долгих Грунах? — спросил он.
— Есть было нечего… Все голодают… Кукурузы ни зернышка… Сыру нет… Капусты тоже. Не подыхать же с голоду, — бормотал Никола.
— Об этом я тебя не спрашиваю. Кто были эти четверо с тобой?