Сейчас выйдет змеиный яд. Огонь его выгонит.
Она дала ему выпить что-то.
— Молись!
Никола про себя твердил «Отче наш», а ворожея, бормоча заклинания, бегала кругом него, вертясь, точно детский волчок. Все громче звучали заклинания… Никола видел только глаза колдуньи. Его вдруг страшно сдавило внутри. Казалось, все внутренности лезут наружу вместе с душой. И вот Никола увидел, что его тошнит змеями. Маленькие и большие змейки тянутся из его рта к сковородке и исчезают во всепожирающем жару. Николой вдруг овладела безграничная слабость.
— Теперь ты здоров. Иди на чердак и ложись спать. Утром встанешь совсем крепкий.
И верно, поутру проснулся Шугай здоровехонек. Майданская ворожея — великая колдунья.
— Спасибо тебе, — сказал на прощанье Шугай и дал ей горсть денег.
— Спасибо и тебе, Никола Шугай.
Ушел Никола в лес в заброшенную хижину. В тот день убил он самую большую медведицу, какую только встречал в жизни.
— Гей! — закричал он, увидев ее шагах в трехстах на лесной тропинке. Медведица поднялась на дыбы. Никола выстрелил ей в брюхо. Зверь повалился на старый бук, царапая кору лапами.