В лесу удивительно свежо и тихо. Вечерние голоса птиц только подчеркивают эту хрустальную тишину.
Я ухожу, и в последнюю секунду глаз ловит, как веселый зеленый паучок плывет в воздухе на совсем золотой паутинке.
Хоста, 14 июня
Хостииская роща невелика — около двухсот тридцати гектаров. Но в ее густой зелени, в известняковых пещерах, провалах, гротах и дуплистых деревьях укрываются от палящего солнца летом и от холодов зимой тысячи живых существ.
Недалеко от древней крепости, на правом берегу Хосты, высоко в белых скалах есть узкая, глубоко уходящая в толщу известняка пещера. Уже при входе в нее слышен странный неумолкающий шум: кажется, что это долетает смягченный расстоянием гул реки, мчащейся на дне пропасти. Но зажжен факел, и глаза сначала с трудом, а потом все яснее начинают различать какие-то темные наросты на потолке и стенах пещеры. Факел разгорается ярче, и тогда видно, что это огромные гроздья летучих мышей, висящие повсюду.
Яркий свет беспокоит летучих мышей. Гроздья все сильнее и сильнее шевелятся, распадаются. Тысячи встревоженных летучих мышей слепо мечутся вдоль потолка и стен пещеры, вылетают из нее и вновь возвращаются. При этом они производят непрестанный шум.
Действительных размеров пещеры никто точно не знает.
В этой пещере еще до создания заповедника убили залегшего на зимнюю спячку двенадцатипудового медведя. Ее поэтому прозвали Медвежьей.
Не только в пещерах скалы, по и в известняковых провалах живут тысячи летучих мышей. Выходное отверстие одного из таких провалов находится в самом начале Ахунской тропы, за первым мостом.
Живет в роще и остромордый поджарый кавказский барсук. Он спит весь день, в глубине подземного жилья и выходит на добычу только с наступлением темноты.