Из-за скал впереди нас показалось стадо туров — семь великолепных козлов. Стоявший на страже на одиноком уступе бородатый, большерогий тур свистнул, и все стадо, задержавшись на несколько мгновений, перевалило на другую сторону хребта.
В зарослях рододендронов, метрах в двухстах от нас, мы увидели пасущуюся серну. Она спокойно двигалась по склону хребта. Вдруг, очевидно, заметив нас, серна замерла. Ее светлокоричневое тело сделалось неразличимым среди цветущих рододендронов. Только после нескольких бесплодных попыток мне удалось поймать серну в фокус бинокля. Чтобы лучше ее рассмотреть, мы, скрываясь за грядами камней, подошли к ней и поднялись на скалу. Серна издала резкое шипенье — знак тревоги — и быстрыми скачками стала уходить в горы. Теперь ясно были видны коричнево-рыжие бока серны, ее черноватые стройные ноги и маленькие рожки.
Мы вышли из-за скал прямо на стадо туров в восемь голов. Наше внезапное появление вызвало у них удивление и замешательство. Два-три тура бросились было назад. Но тотчас же все стадо остановилось, с любопытством глядя на нас. Затем туры, не торопясь, повернули и один за другим скрылись за хребтом.
Мы вошли в полосу вечного снега: он лежит в теневых местах большими сугробами, припорошен космической пылью и истоптан копытами туров. На каменную осыпь поднялся тур. В течение нескольких минут он смотрел на нас и в разные промежутки времени издавал предостерегающий свист, но не уходил.
Снова перевалив за правый склон хребта, мы увидели девять туров и немного выше столько же туриц.
Солнце склонялось к закату. В лицо нам подул прохладный ветер. Мы приближались к высшей точке Тыбга.
Неожиданно на скалистом отроге показалось стадо туров в двадцать шесть голов. Мы шли, не прячась, и туры увидели нас сразу. Внимательно глядя на нас, стадо направилось к снежным вершинам, вытянувшись цепочкой по узкому карнизу. Впереди — два бородатых тура. Они легко несут свои сильные песочно-серые тела. Следом идут две или три турицы, за ними — могучий старый козел с огромными саблевидными рогами, и опять турицы, которых легко узнать по более темному, почти коричневому цвету шерсти и коротким рогам. Караван замыкают четыре турицы с козлятами.
Одна из них еще не вылиняла, и белый, зимний, подшерсток на ее спине резко отличается от коричневой окраски остального тела. Эта турица безрогая и кажется очень старой, но за ней идет козленок. С величавой медлительностью стадо спустилось за хребет.
На отвесном выступе скалы остался только один тур, старик с саблевидными рогами, шедший в середине стада. Неподвижно стоял он на уступе и смотрел на нас. Так прошло десять-пятнадцать минут. Но вот и этот тур исчез за гребнем, будто растаял.
В балагане нас встретили зоолог Андрей Александрович Насимович и студент-практикант. У Насимовича очень внимательные глаза под темными, почти сросшимися бровями. Глядя на его хрупкую с виду фигуру в лыжном костюме и не по росту больших горных ботинках, трудно поверить, чтобы он мог добраться сюда с тяжелым альпийским рюкзаком за плечами. А ведь о его высокогорных походах с уважением и завистью рассказывают самые бывалые наблюдатели заповедника. Беседуем у костра, разложенного внутри балагана. Андрей Александрович говорит: