Но все ж не могут крови удержать, бегущей
Из раны на груди заброшенной плотины,
Рассеченной людьми без жалости и сердца.
Вдруг мне почудилось: хотят меня увидеть
Те, кто трудились тут и с тачкой, и с лопатой,
Что будто бы у них есть план спасти плотину,
Одеть пустыню в зелень…
Нет, это голоса из прошлого звучат мне
Всех предков, перед кем истории бесстрастной
Сменялась череда приливов и отливов.