Как ноги мощные, врастали в землю корни.

Оно стояло здесь подобьем человека,

Слегка назад откинув ствол свой исполинский.

И лился солнца свет сквозь сеть ветвей и лист

И ветер бормотал в его широкой кроне.

Пусть золотой гигант на мой вопрос ответит:

Зачем, по умыслу богатых тунеядцев,

Он обездоленных своей пятою давит,

А там, где он прошел, лежат пески пустыни

И раны глубоки, где почвы он коснулся?