Как видишь, пишу тебе с нового места жительства. Я на родине.
По милости старого дядьки, затеявшего идти на богомолье, мне пришлось изменить весь план жизни.
Раньше я предполагал, повенчавшись с Ритой, ехать в замок, старый Петро должен был его к тому приготовить, а теперь готовить замок пришлось мне самому. Не мог же я тащить Риту неведомо куда. Пришлось на время расстаться.
Я здесь, а Рита приедет на днях со старой кормилицей и двумя служанками.
Наряды ее готовы, и она ими довольна. Каюсь, не утерпел и купил шкатулку императрицы.
Замок запущен гораздо более, чем я ожидал. По словам сторожа, отец уже давно не жил в замке, даже не входил в него. Он ютился в комнатах, предназначенных для прислуги, что лежат близ конюшен и кухонь.
Прислуга частью сама разошлась, частью была уволена отцом.
Ни лошадей, ни коров, ни даже собак я в замке не нашел.
Отец жил вполне отшельником. В лице одного Петра совмещалось и общество, и весь штат прислуги.
Из-за такого порядка вещей даже сад страшно запущен: он весь зарос чесноком. Противный запах так и стоит в воздухе.