Сестра пробовала подглядывать в замочную скважину и видела, что он ходит по комнате, раскинув руки, точно летит; на голове что-то вроде короны, а на плечах дамская шаль.
Затем все смолкает, точно его нет больше в комнате.
Часто сапоги его бывают в грязи, но когда именно он выходит, она не может уследить.
Дверь все время закрыта.
Ее больше всего заботит то, что брат худеет и бледнеет не по дням, а по часам. Ничего не ест и превратился в скелет.
Все это она сообщила доктору в больнице и просила его зайти к ним как бы случайно, посмотреть и поговорить с братом.
По приказу доктора я сопровождал его в этом визите и должен вести «скорбный листок».
27-го
Мы зашли к Доричу перед вечером. Учитель был дома и принял нас радушно, он правда исхудал, а главное, как-то истощен, внутренне.
Нас угощали чаем в саду. Все было мило.