— Да, генерал, могу уверить вас, что в городе есть кое-что похуже сырых квартир, — продолжала полковница прерванный разговор. — У этих Светловых приехал сын… молодой человек, университетский…
— Я уж что-то слышал об этом, — опять нетерпеливо перебил ее старик, — школу, кажется, он открыл здесь?
— О конечно! надо же им где-нибудь проповедывать свои мальчишеские учения… — ядовито заметила Рябкова. — Впрочем, тут очень много теперь подобных проповедников: появились, например, бесплатные доктора… для мужиков. Я не знаю, как они там лечат, но говорят очень красноречиво, — я сама вчера слышала, вот именно в той школе. Этот Светлов, между прочим, очень дружен с Варгуниным… знаете? Еще не дальше, как третьего дня, они уехали вместе в Ельцинскую фабрику… к Жилинскому: mademoiselle Христина, кажется, невеста Светлова. Вообще, генерал, мне удалось нечаянно напасть на премилые вещи… — с некоторым торжеством заключила полковница и стала что-то шептать на ухо своему кавалеру так тихо, что только он один мог все расслышать.
— А! это другое дело… — как-то сурово сказал генерал, терпеливо выслушав ее до конца и сильно нахмурившись. — В следующий отъезд я непременно сдам мою должность вам: вы — настоящая правая рука у меня, — прибавил он значительно мягче. — Но откуда же вы, наконец, все это узнали, Marie?
Рябкова с таким напряженным тактом вела до сих пор свою речь, что на дальнейшую — у нее не хватило его.
— Я случайно узнала все эти подробности от доктора Любимова, который очень хорошо знает Светлова, — наивно ответила она.
— Люби-мо-ва? — медленно, слог за слогом, повторил генерал, как будто заучивая наизусть эту фамилию. — Однако нас, кажется, ждут… — прибавил он, помолчав, и повернул в залу.
Обед начался, как водится, с довольно громкого говора во главе стола и почтительного полушепота на последних местах. Дамы, в небольшом числе, сидели между самыми почетными гостями; Рябкова — рядом с генералом. За третьим блюдом начались обычные тосты и речи, содержание которых главным образом заключалось в том, что, дескать, «такого начальника и благодетеля, как ваше превосходительство, поискать стать». После второго бокала представитель местной власти несколько развеселился, и обед обещал пройти недурно, как вдруг полицеймейстер был вызван зачем-то из-за стола одним из распорядителей, хлопотавшим до того времени у буфета. Гости недоумчиво переглянулись.
— Вероятно, пожар где-нибудь, — громко, на весь стол, сказал генерал.
В эту минуту вернулся полицеймейстер. Весь красный и, очевидно, чем-то смущенный, он торопливо подошел к главному начальнику, наклонился к самому его уху и шепотом доложил о чем-то.