Извини уж, государь мой: стыдно тепериче и впотьмах-то сказать, как он меня втупоре всячески обозвал… Одначе я приободрилась, как он ногами-то затопал…
— Так и смела, говорю, потому, если меня выстегают, я чего-нибудь сделаю…
— Чего, говорит, ты можешь сделать?
Ревет, слышь ты, одно слово, ревет.
— Мало ли, мол, чего, ваше превосходительство, могу сделать!
— А! — захайлал. — Так ты еще вон с чем ко мне пришла…
Скверно таково опять выругался.
— Господин частный! — ревет. — Господин частный! Пожалуйте сюда…
Вошел частный: бледный такой из себя сделался, оробел, чадо быть. Губернатор-от, слышь ты, и на него прикрикнул.
— Чего, говорит, вы меня всякими пустяками беспокоите! А? Извольте, мол, сейчас домой ехать, да чтоб вперед у меня этого не было! А ее, говорит (на меня показал), выпороть.