Они вышли оттуда со свадебными песнями и пришли к женщине, обитательнице кургана. Та была им рада. Пробыв у нее некоторое время с Каскатиной, они пришли к себе домой и устроили свадебные пиры и танцы. Играм и смеху их не было границ, их было слышно по всей стране.
Однажды, по прошествии некоторого времени, Каскатина
взяла зеркало, посмотрела в него и увидела, что мать их, зашитая в воловью шкуру, лежит мертвая за дверью, а два щенка с двух сторон отъели ее бока.
- Вот это - ваша мать,- сказала она брату и сестре.
- Мы не можем бросить ее так! - вскричали брат и сестра.
Вернулись они к своей матери. Каскатина провела по покойнице войлочной плетью, та ожила и стала еще краше, чем была раньше. Она блистала красотой, как солнце и луна.
В присутствии хана, мужа своего, она поведала о себе и детях так:
- Я была в положении, хан отправлялся в балц и сказал мне: 'Когда наступит твое время, то звони в колокольчик, конь мой услышит звон, и я тотчас же вернусь обратно домой'. Мои сестры узнали про это и залепили уши коня воском. Наступило мне время разрешиться от бремени. Я звонила в колокольчик, но напрасно. Тогда я спросила своих сестер: 'Вы старше меня хотя бы на один день, скажите мне, как рожала наша мать!'. Они мне на это сказали: 'Мать наша не рожала подобно тебе на пуховых подушках, она поднималась на плоскую крышу дома и рожала оттуда в дымовой проход'. У меня не было другого выхода, я поднялась на крышу и родила вот этих мальчика и девочку. Сестры мои отняли их у меня и спрятали их в ящичках, а мне с двух боков подложили двух щенят суки…'
Так она рассказала все, как было.
- Скорей приведите необузданных коней! - приказал хан.