— Но это, наконец, и неверно: монетный двор разрушен…
Ивонин только пожал плечами.
— Вы не указываете, — продолжал Бринк, — что у жителей отобрано и брошено в реку оружие.
— По сведениям, мною собранным, доставлено лишь четыреста старых и вовсе негодных ружей.
Бринк покраснел.
— Навряд граф будет доволен вашим рапортом. Вы уж не считаете ли всю экспедицию неудачной?
— Напротив. С потерей всего ста семидесяти человек российские войска овладели вражеской столицей, взяли много пленных, почти шестьдесят орудий и нанесли знатный урон фабрикам. Однакоже результаты экспедиции могли бы еще гораздо важнейшими быть.
Бринк встал, показывая, что беседа окончена.
…В день занятия Берлина главные силы русской армии соединились у Франкфурта с корпусом Румянцева. В тот же день стало известно, что Фридрих, собрав все, что мог, форсированными маршами идет к Берлину. Чернышеву был послан приказ немедленно отступить, не ввязываясь в сражение.
В ночь на двенадцатое октября из-под Берлина выступила дивизия Панина (потерявшая, к слову сказать, за время похода всего шестерых убитыми и троих ранеными). Этим же днем двинулись войска Чернышева и Ласси, а вечером — отряд Тотлебена.