— Бабка, — позвал он полоскавшую в корыте белье простоволосую крестьянку, — кто это все здесь устроил?
Крестьянка стыдливо опустила подоткнутый подол юбки.
— А командир наш, — сказала она грудным певучим голосом. — Тут, батюшка, полк стоит, и полковник-то, как есть, обо всем заботу имеет. Здесь что! Ты, батюшка, в лагерь сходи: там не в пример все красивше.
— Да какой полк?
— Где мне упомнить… Нешто Суздальский…
— А командира как зовут?
— И того не упомню: Суровов, кажись. Только фамилия не к лицу: сам-то добер да весел.
— Суровов? Постой, постой-ка! Уж не Суворов ли?
— Вот-вот… Я и говорю…
Шатилов уже не слушал. Сколько раз покойный друг его рассказывал ему об этом человеке! А на маневрах, что недавно происходили, полковник Суворов отличился, дважды был упомянут в приказе.