– Товарищи! – убедительно продолжал он. – Другие самолёты сегодня нам не помогут. Ледоколу также не дойти. Вот они! – указал он на рыбаков, достававших продукты из мешочков. – Разве можно их бросать сегодня. У них вся надежда – это мы. Завтра… – он задумался и тихо произнёс: – завтра, может, и помошь будет не нужна. – И, вновь повысив голос, продолжал: – Надо не рисковать, а знать возможности машины. Уметь использовать их полностью в нужный момент. А вспомните спасение челюскинцев! Какую находчивость проявляли пилоты, стараясь быстрей увезти со льдины людей. Вспомните! Как возил Молоков, Водопьянов?! – он торжествующе обвёл приятелей быстрым взглядом.
– Да что митинговать! Видим положение людей. Возить надо скорей, время-то не ждёт, – вставил Рожков.
– Вот это дело говоришь, Коленька! – обрадовался Орлов. – Ну, приступим!
– Вот вы, вы садитесь, – и, внимательно взвешивая на глаз рыбаков, Орлов отобрал ещё двоих.
– Э-э-э! – обидчиво протянул старший. – Так, товарищ лётчик, несподручно. Сами говорили, чтоб я порядок соблюдал. Мы жребий тянули. Список вот составлен, кому первым лететь. Со дня на день вас ждали, не теряли надежды и на вот тебе… Нет уж давайте по списку, – протестовал он.
– По списку. Конечно, по списку, чего ещё там… – шумели ловцы.
– Федот… – и Орлов от неожиданного протеста задумался, подыскивая понятные для рыбаков слова.– Понимаешь, Федот, обстановка изменилась. Видишь, по скольку сажаю. Вот наперво и беру, кто поменьше и полегче.
Старший нахмурил брови, и они сошлись у переносицы, повиснув над глазами сплошной красноватой бахромой. Молча повернулся он к толпе, и по его взгляду поняли рыбаки, что спорить напрасно.
– Ну, как вам лучше, так и делайте, – сказал он Орлову и попрощался с отлетающими ловцами.
Резкий, звенящий гул мотора оглушил провожающих. Самолёт вздрогнул и понёсся, скрываясь за снежным вихрем, подымаемым со льда.