«Со мной двадцать восемь, – размышлял он, – так, ещё четыре рейса, и все на берегу будут».
Вдруг раздался сухой раскатистый треск.
– Что это?! – удивлённо спросил он .старшего.
– Вон видишь, – и Федот повёл рукой вдоль образовавшейся трещины, – зыбь ломает лёд, глубина большая. – пояснил он.
Ковылин задумался, наблюдая за медленно уплывающей, как паром, льдиной, и решил помочь пилотам.
– Костёр! Костёр надо! – повелительно сказал он ловцам.
Рыбаки быстро принялись рубить вмёрзшую лодку и конвейером подносить щепы.
– Кладите здесь! – механик облил их бензином из снятых баков, чиркнул спичку и пламя, гулко зашумев, вскинулось, играя огненными змейками. – Ну вот и приводной маяк для самолётов, – успокоенно сказал механик.
Через час с. небольшим вернулся Орлов. Механик приготовил четверых ловцов и бегло осмотрел самолёт.
– Куда четверых! Мотор надрывать! – в шутку запротестовал Орлов.