— По приказу: все, кто против наступлении, должен быть немедленно раздет и в голом виде отправлен в штаб дивизии.
— Однако вы их ведете не в голом виде, оставили кальсоны.
— Да неудобно все же, господин поручик, совсем голых-то вести.
Зашел в 10-ю роту к Соколову.
— А, комитетчик, — иронически приветствовал он меня. — Присосался, вместо того, чтобы сидеть в окопах и итти в наступление.
— Разве вы против наступления?
— А кому охота наступать-то? — осторожно оглянулся Соколов по сторонам. — Когда в штабах сидишь, ратуешь за всякие наступления, а здесь, когда тебя каждую минуту пулей или снарядом того гляди ахнет, не очень-то захочешь. Мы вот брататься думаем.
— Поздно, на днях наступать.
— Слышал, да только мы-то не наступаем, мы будем спокойно сидеть в своих окопах.
— Вряд ли долго посидеть придется, если слева будут взяты позиции, то естественно и вам придется итти вперед.