— Не могу похвастаться знакомством с газетным делом, но думаю, что это дело не такое уже сложное, а главное не такое убыточное, чтобы сразу требовать больших расходов.
В результате трехчасового спора исполком комитета стал на мою сторону: денег не просить, а развить нашу работу так, чтобы деньги, необходимые для углубления этой работы, шли непосредственно от солдатских организаций фронта.
Дементьев остался при особом мнении.
— Я все же считаю, — заявил он в конце заседания, — что надо сорвать с лихой собаки хоть шерсти клок. Если можно будет у того же Щербачева вырвать тысячу рублей на организацию нашего комитета, то это будет для нас большим подспорьем.
— Против такой постановки вопроса решительно возражаю, — заявил я. — При первом же столкновении нас обвинят наши избиратели в сделке с генералитетом.
Мои возражения, однако, не подействовали, и большинство комитета решило пойти к Щербачеву потребовать:
1. Распоряжения о немедленном отводе соответственного помещения для нашего комитета и квартир для членов комитета.
2. Отпуска двух тысяч рублей на предварительное обзаведение необходимым инвентарем.
После заседания вновь бесплодно бродил по городу в поисках комнаты. Перед вечером наткнулся на увеселительное заведение, являющееся чуть ли не единственным в Яссах. Это — кафэ, в котором до шести вечера дают только чай, кофе, фасоль, горох (других продуктов питания в Яссах ни в ресторанах, ни в кафэ не имеется), а после шести вечера подают вино и пиво. Я попал в кафэ между пятью и шестью. Народу было еще немного. С приближением к шести часам кафэ начало быстро наполняться посетителями.
— Три кружки! Пять кружек! — слышалось со всех сторон.