— Может быть, мне написать письмо от вашего имени, — предложила Джейн, — если вам неприятно сделать это самому?
— Разумеется, неприятно, — ответил он. — Но, увы, письмо должно быть написано.
С этими словами они зашагали обратно к дому.
— Я бы хотела спросить об одном, — сказала Элизабет. — Вы примете предложенные условия?
— Приму ли я условия? Да мне просто стыдно за него оттого, что он так мало потребовал.
— И она должна стать его женой! Даже при том, что он такой человек!
— Да, да, стать его женой. Теперь уже ничего не поделаешь. Но мне бы хотелось понять две вещи. Во-первых, сколько денег ему посулил ваш дядюшка, а во-вторых, каким образом я смогу эти деньги ему вернуть?
— Деньги? — воскликнула Джейн. — Дядюшке? Что вы имеете в виду?
— А то, что ни один человек в здравом уме не женился бы на Лидии ради какой-то сотни фунтов в год при моей жизни и пятидесяти, когда я умру.
— В самом деле, — сказала Элизабет, — это не приходило мне раньше в голову. Будут выплачены долги, да еще что-то останется! Без дядюшки тут, конечно, не обошлось. Какой он у нас добрый и щедрый! Но как бы это его не разорило! Небольшая сумма тут бы не помогла.