Мерич. Неприятные! Это дурно. Вы меня пугаете.
Марья Андреевна. Да, для меня — очень неприятные.
Мерич. А если для вас они неприятны, так уж и для меня также.
Милашин. Отчего же это так? Позвольте вас спросить.
Мерич. По очень простой причине, Иван Иваныч: я принимаю очень близко к сердцу все, что касается до Марьи Андревны. Теперь вы поняли?
Марья Андреевна. Да, Иван Иваныч, это дело касается нас обоих.
Милашин. В таком случае, извините.
Мерич. Что это вы похудели, побледнели, Марья Андревна?
Марья Андреевна. Я вам говорю, что у меня есть много неприятного; да уж и того довольно: я три дни вас не видала. Чего я не передумала в это время!..
Мерич. Если я был хоть сколько-нибудь причиной вашего горя, то я считаю себя так виноватым, что не смею и оправдываться. Сердце у вас доброе. А я постараюсь загладить свой проступок. Дайте ручку, в знак перемирия. (Целует у Марьи Андреевны руку.)