Вихорев. А как он этого не послушает, что тогда?
Авдотья Максимовна. Я уж, право, не знаю, что мне делать с этим делом, такая-то напасть на меня!
Вихорев. Хотите, я научу вас, что делать?
Авдотья Максимовна. Научите.
Вихорев. Уедемте потихоньку, да и обвенчаемся.
Авдотья Максимовна. Ах, нет, нет! — что вы это, ни за что на свете!.. Ни-ни, ни за какие сокровища!..
Вихорев. Тятенька вас любит, он простит. Мы к нему сейчас приедем после свадьбы, знаете, по русскому обыкновению, ему в ноги… Ну, старик и того…
Авдотья Максимовна. Да и не говорите!.. Он проклянет меня!.. Каково мне тогда будет жить на белом свете! До самой смерти у меня будет камень на сердце.
Вихорев. Ну, извините, я другого средства не знаю.
Авдотья Максимовна. Вы лучше вот что сделайте, Виктор Аркадьич: приезжайте к нам нынче вечером, да и поговорите с тятенькой, а я сама его тоже попрошу; хоть и стыдно будет, да уж переломлю себя.