Афимья. Куда ты пойдешь ночью? Что за срам! Ступай спать.
Петр. Не говори ты мне! Жену подай!.. Жену подай, говорю я тебе!
Афимья. Ну, да нет ее, так и негде взять!
Петр. Я ее найду, я ее найду!
Афимья. Что ты ножом-то махаешь, ну тебя! С тобой страсть одна, да и только.
Петр. Я ее по следу найду!.. Я ее по следу найду! Теперь зима, снег, по следу все видно, месяц светит, все равно что днем. ( Садится.) Страшно мне, страшно! Вон метель поднялась… Ух, так и гудёт! Вон завыли… вон, вон собаки завыли. Это они на мою голову воют, моей погибели ждут… Ну, что ж, войте! Я проклятый человек!.. Я окаянный человек! ( Встает.)
Афимья. Ишь ты, ишь ты! Ах, батюшки, как страшно!
Петр. Нет, не то, тетушка, все не то! Все я не то говорю. Вот что: кабы я не был женат, разве б меня Груша не любила? Я бы женился на ней. Стало быть, жена мне помеха, и во всем мне она поперек… Вот за это я ее и убью… за это за самое…
Афимья. Что мне делать-то с ним, ума не приложу.
В комнате вдруг появляется Еремка, которого видит только один Петр.