Кукушкина. Разумеется.
Жадов (вздыхает). Вот несчастие!
Кукушкина и Полина не обращают на него внимания и разговаривают шепотом. Жадов достает из портфеля бумаги, раскладывает на столе и в продолжение следующего разговора оглядывается на них.
Кукушкина (громко). Вообрази, Полина, я была у Белогубова; он купил жене бархатное платье.
Полина (сквозь слезы). Бархатное! Какого цвета?
Кукушкина. Вишневое.
Полина (плачет). Ах, Боже мой! Я думаю, как к ней идет!
Кукушкина. Чудо! Только представь, какой проказник Белогубов! Насмешил, право, насмешил. Вот, маменька, я, говорит, вам жалуюсь на жену: я ей купил бархатное платье, она меня так целовала, укусила даже очень больно. Вот жизнь! Вот любовь! Не то, что у других.
Жадов. Это невыносимо! (Встает.)
Кукушкина (встает). Позвольте спросить, милостивый государь, за что она страдает? Дайте мне отчет.