Маланья принимает пустые чашки. Ничкина наливает. Маланья разносит и отходит с подносом к стороне.
Неуеденов. Так вот, сударь, я уж вам говорил, что сестра у меня дура набитая.
Ничкина. Ну, уж… ты, братец… ну, право! С тобой не сговоришь… право, ну!
Неуеденов. Что ты нукаешь-то? — не запрягла еще… Так докладывал я вам, что сестра у меня глупа-с. Больше всего я боюсь, что она и зятя-то такого же дурака найдет, как сама. У баб волос долог, да ум короток. Тогда уж все дело брось.
Бальзаминова. У них такое состояние, что ввек и с зятем не прожить; а бедного человека могут осчастливить.
Неуеденов. Да ведь деньги-то ее муж наживал не для того. чтоб она их мотала да проживала с разными прожектёрами. На деньги-то надо дело делать. Купеческий капитал, сударыня, важное дело. Хороший-то купец, с большим капиталом, и себе пользу делает, да и обществу вдвое.
Устинька. Не все наживать, надо когда-нибудь и проживать для своего удовольствия.
Неуеденов. А разве мы не проживаем! Да проживать-то надобно с толком. Я, сударь мой, вот за сестру теперь очень опасаюсь. Подвернется ей фертик во фрачке с пуговками или какой с эполетками, а она, сдуру-то, и обрадуется, как невесть какому счастью. Дочь-то отдаст — нужды нет, а вот денег-то жалко…
Ничкина. Да, братец, точно жалко.
Капочка. Вы, кажется, маменька, меня уморить хотите?