Оленька и Прохор Гаврилыч.
Прохор Гаврилыч ( в дверях ). Ты, Вавила Осипыч, подожди! Я сейчас. ( Входит.)
Оленька. Садиться милости просим.
Прохор Гаврилыч. Нет, я ведь так — на минуточку.
Оленька. Все-таки присядьте, коли вам у нас не противно. Или вы, может быть, уж теперь нас гнушаетесь.
Прохор Гаврилыч ( садясь ). Да нет. Вот какого роду дело… Вот видишь ты, я сам ей-богу бы никогда, да маменька…
Оленька. Что же маменька?
Прохор Гаврилыч. Все меня бранит за мою жизнь. Говорит, что я неприлично себя веду, что совсем дома не живу.
Оленька ( чертит ножницами по столу ). Да-с. Вам неприлично себя так вести, вы благородный, служащий…
Прохор Гаврилыч. Ну вот все и пристает ко мне, чтобы я женился, чтобы я жил семейно, как порядочному человеку следует. Ну, понимаешь, все-таки мать.