Оленька. А вы что же?
Прохор Гаврилыч. Да я все, что тебе угодно. Ты мне скажи, что тебе нужно.
Оленька. Ничего мне от вас не нужно! Вы меня обижать так не смеете. Что же, я вас из-за денег любила? Я, кажется, этого виду не показывала. Я вас любила, потому что всегда знала, что вы на мне женитесь, а иначе я бы ни за что на свете…
Прохор Гаврилыч. Да мне что! Разве я бы не женился? да вот семья-то.
Оленька. Вы должны были это знать.
Прохор Гаврилыч. Как же мне с тобой быть, — я, право, уж и не знаю.
Оленька. Это довольно странно для меня. Вы свое дело сделали: обманули, насмеялись, — чего вам еще нужно? Остается поклон, да и вон. Об чем вам еще беспокоиться! Чтобы я жаловаться не пошла кому-нибудь? Так я за это не возьму миллиона от одного только от стыда.
Прохор Гаврилыч. Я не об себе беспокоюсь, а о тебе.
Оленька. А обо мне что вам беспокоиться! Да и кто вам поверит, что вы обо мне думаете сколько-нибудь!
Прохор Гаврилыч. Нет, Оленька, ты мне этого не говори! Мне, право, совестно. Я ведь человек простой, откровенный…