Что же это такое вы делаете? За что меня обижаете?
Миловидов. Чем же я тебя обижаю?
Аннушка. Любите другую, а меня от скуки целовать хотите! Что же я такое для вас? Как же мне о себе думать? Ведь это вы мне нож в сердце!
Миловидов. Кто ж тебе сказал, что я тебя не люблю?
Аннушка. Вы сами сказали давеча на этом месте. Не пожалели меня, прямо в глаза сказали.
Миловидов. Мало ль что я говорю. Так давеча хандра какая-то нашла.
Аннушка. Мне бы к вам и выходить-то не надо было; уж я теперь и ругаю себя; да сердце-то наше слабо: все думаешь, а может быть…
Миловидов. Что «может быть»?
Аннушка. Да, может быть, думаешь, он Бога побоится, совесть его зазрит. А ведь и знаешь сама, что этого никогда не бывает, а все лезешь на глаза, точно милости просишь. Стыдно потом до смерти! Нет, прощайте! ( Плачет. Миловидов хочет обнять ее. Она отталкивает его.) Оставьте вы меня!
Миловидов. Ну я виноват! ну прости ты меня, прости! (Об нимает ее.)