Глумова. Нет, не слишком. Такой характер, душа такая. Разумеется, матери много хвалить сына не годится, да и он не любит, чтобы я про него рассказывала.
Мамаева. Ах, сделайте одолжение! я ему ничего не передам.
Глумова. Он даже ослеплен своими благодетелями, уж для него лучше их на свете нет. По уму, говорит, Нилу Федосеичу равных нет в Москве, а уж что про вашу красоту говорит, так печатать, право, печатать надо.
Мамаева. Скажите пожалуйста!
Глумова. Какие сравнения находит!
Мамаева. Неужели?
Глумова. Да он вас где-нибудь прежде видал?
Мамаева. Не знаю. Я его видела в театре.
Глумова. Нет, должно быть, видал.
Мамаева. Почему же?