Глумова. Грех бы ему было. Да ведь чувства-то его детские.
Мамаева. Ну, конечно, детские… Ему еще во всем нужны руководители. Под руководством умной женщины он со временем… да, он может…
Глумова. Поруководите его! Ему это для жизни очень нужно будет. Вы такая добрая…
Мамаева ( смеется ). Да, да, добрая. Но ведь это, вы знаете, ведь это опасно; можно и самой… увлечься.
Глумова. Вы, право, такая добрая.
Мамаева. Вы, я вижу, очень его любите.
Глумова. Один, как не любить!
Мамаева ( томно ). Так давайте его любить вместе.
Глумова. Вы меня заставите завидовать сыну. Да, именно он себе счастье нашел в вашем семействе. Однако мне и домой пора. Не сердитесь на меня за мою болтовню… А беда, если сын узнает, уж вы меня не выдайте. Иногда и стыдно ему, что у меня ума-то мало, иногда бы и надо ему сказать: какие вы, маменька, глупости делаете, а ведь не скажет. Он этого слова избегает из почтения к родительнице. А уж я бы ему простила, только бы вперед от глупостей остерегал. Прощайте, Клеопатра Львовна!
Мамаева ( обнимает ее ). Прощайте, душа моя, Глафира Климовна! На днях я к вам, мы с вами еще потолкуем о Жорже. ( Провожает ее до двери. )