Крутицкий. И только?
Глумов. Больше ничего, ваше превосходительство. Сохрани меня Бог! сохрани Бог!
Крутицкий. Что ж, это даже очень хорошо. Так и должно быть. В молодых летах надо пить, кутить. Чего тут стыдиться? Ведь ты не барышня. Ну, так, значит, я на твой счет совершенно покоен. Я не люблю оставаться неблагодарным. Ты мне с первого раза понравился, я уж за тебя замолвил в одном доме словечко.
Глумов. Мне сказывала Софья Игнатьевна. Я не нахожу слов благодарить ваше превосходительство.
Крутицкий. Ты присватался, что ли? Тут ведь куш очень порядочный.
Глумов. Я на деньги глуп, ваше превосходительство; девушка очень хороша.
Крутицкий. Ну, не умею тебе сказать. Они, брат, все одинаковы; вот тетка, знаю, что ханжа.
Глумов. Любовь нынче не признают, ваше превосходительство: я знаю по себе, какое это великое чувство.
Крутицкий. Пожалуй, не признавай, никому от того ни тепло, ни холодно; а как заберет, так скажешься. Со мной было в Бессарабии, лет сорок тому назад: я было умер от любви. Что ты смотришь на меня?
Глумов. Скажите, пожалуйста, ваше превосходительство!