Телятев. Или вы меня любите!
Лидия. К несчастию, последнее справедливее.
Телятев. Да какое же это несчастие? Это счастие, блаженство! Лучше придумать нельзя. (Слегка обнимает Лидию.)
Лидия. Jean, ты мой?
Телятев. Раб, раб, негр, абиссинец…
Лидия (поднимая на него глаза). Надолго ли?
Телятев. На век, на всю жизнь, даже более, если это можно.
Лидия. Ах, как я счастлива!
Телятев. Нет, как я-то счастлив. (Целует ее.)
Лидия. Ах, боже мой, какое блаженство! Мaman!