Входит Андрей с двумя счетами; повторяется точно та же история. Андрей уходит. Входит Василий с десятком счетов и подает их Василькову.
Василий. Вот их сколько, сударь! Что французов там дожидается!
Васильков. Подай барыне!
Василий подает, Лидия бросает их на пол.
Василий (подбирая счеты). Зачем же бросать! Счет — ведь это документ, по ем надо деньги платить.
Лидия. Вон отсюда! Я не могу видеть тебя!
Василий разглаживает каждый счет, кладет их аккуратно на стол и уходит.
Васильков (встает и ходит по комнате). Я кончил. Тут тридцать две тысячи пятьсот сорок семь рублей девяносто восемь копеек. Эта сумма для меня слишком значительна, но я заранее дал тебе слово и потому заплатить должен. Я займу сегодня, сколько будет нужно; но чтоб сохранить равновесие в бюджете, мы должны будем надолго значительно сократить наши расходы. Через улицу, напротив, есть одноэтажный домик в три окна на улицу; я его смотрел, он для нас будет очень достаточен. Надо распустить прислугу: я себе оставлю Василья, а ты одну горничную, подешевле, — повара отпустим и наймем кухарку. Лошадей держать не будем.
Лидия (смеется). Как же мы без лошадей останемся? Ведь лошади для того и созданы, чтоб на них ездить… Неужели вы этого не знаете? На чем мы выезжать будем? В аэростате ведь никто еще не ездил. Ха, ха, ха!
Васильков. Когда сухо — пешком, а грязно — на извозчике.