Евгения. Как вы смеете говорить: любовь? Кто вам позволил любить меня?
Грунцов. Я сам себе позволил. Но когда человек обуреваем страстями, он должен призвать на помощь рассудок. Рассудок вот что говорит: у нас с вами есть еще пари на другой фунт конфет, что вы меня сегодня поцелуете; а так как я это пари непременно выиграю, то мы с вами поквитаемся.
Евгения. Как вы смеете! Ах, сил моих нет! Какая уверенность!
Грунцов. С вами мы поквитаемся.
Евгения. Никогда, никогда!
Грунцов. А пока (берет ведро) не сбегать ли за водой для чаю?
Чепурин. И с меня гривенничек получите! (Вынимает портмоне.)
Евгения. Нет, господа, извините, мы теперь чай пить не будем, мы ждем гостя. (Корпелову.) Дяденька, Наташа просит вас, чтоб вы ушли куда-нибудь на полчасика. Она бы и сама вам сказала, да очень расстроена и конфузится.
Корпелов. Хорошо, хорошо, мы сейчас, мы мигом. Пойдем, юноша, селянку есть!
Евгения уходит.