Наташа (с испугом). Вот как! (После некоторой борьбы, с притворным спокойствием.) Ну, что там еще?
Чепурин. Лучше б кто другой, а не я говорил вам; кажется бы, бог знает что дал…
Наташа. Пожалуйста, поскорей!
Чепурин. Что я за каторжный такой, что не мог вам никогда сказать ничего приятного и теперь должен убивать вас, все одно что ножом резать.
Наташа. Говорите, Иван Федулыч!
Чепурин. Теперича Копров какую штуку гнет! он все одно как бешеный мечется…
Наташа. Ну!
Чепурин. Чтоб только денег нахватать больше. А деньги бросает зря. Один кабинет, сказывают, без малого десять тысяч ему стоит. В спальне зеркало поставил, сажень с лишком, в серебряной рамке, все кружевами увешано.
Наташа. Только?
Чепурин. Как только-с? Арап теперича на крыльце торчит, белками ворочает, точно у него глаза-то выскочить хотят. К чему пристало?