Лыняев. Да что вы с вашими глазами разберете! Тут надо быть юристом.
Купавина. Ах, это смешно наконец. Зачем юристом, когда ничего нет.
Лыняев. Как «ничего»?
Купавина. Так, ничего, чистая бумага.
Лыняев. Час от часу не легче! Да вы подписали бланк.
Купавина. Какой бланк?
Лыняев. Вексель. Там, где ничего-то нет, могут написать что угодно и взыскать с вас пятьдесят, сто тысяч.
Купавина. Какие страсти! Как вы дурно думаете о людях! Да Чугунов со слезами благодарил меня за доверие. Он плакал, говорю я вам.
Лыняев. И крокодилы плачут, а все-таки по целому теленку глотают.
Купавина. Так с меня непременно взыщут сто тысяч?